Год Гайдна наступил.
Пора, давно пора исследовать ревизию Души.
Четырнадцатый год;
Последние мгновения от бесовых проклятых сковородок,
И стоны грешников доносятся из дискотек,
Здесь,
Разогретые до красок вурдалака,
И полутьма и полусвет.
Последнее прости …
И старый «Циммерман» с тем «Красным Октябрём»
Последний спор решают;
И нет нам больше рифм,
И нет нам больше гладкости,
И вязнет пошлость в Божьем Откровении,
Не мужняя жена и мать своей принцессе,
Не спетая танцовщица,
Нам дягилевский шарм, батманы и разминку
За дорого продаст и свой построит дом -
И тянется народ к до баховской культуре,
И бывшая доярка последний свой участок продаёт…
Год Гайдна наступил, дохнул осенний хлад,
Но мельницу, такую романтически гнилую,
Мы только в репродукциях найдём.
Вся Божья Кладовая
Открыта нам и Изверг отступает,
Волчок приостановлен и Ковчегом
Застрял, как между Сциллой и Харибдой.
И вот уж не Ковчег -
Летающей тарелкой, ржавеющей, с открытыми дверями;
Выходят люди на простор планеты,
Спускаются в Предгорья со всем тем музыкальным Предписанием.
Эпоха Гайдна - наконец-то, доросли!
Познание Души, задумки Интернета,
Последнее прости отпетых отморозков,
Убийства, казни, заточение пророков,
Прославленный советский автомат
Свинцом плюётся, сеет смерть и горе,
Последняя республика Конца,
Начал всех хитростей и бесполезных трат -
Год Гайдна наступил,
Но не пришёл ещё тот баховский момент,
Когда в апостола всея Руси великой
Преобразился наш советский мент.
А эра Гайдна -
Фундаментом квартетов, на полустанке Посвящения к Эллисе,
Немного приостановилась;
Всё тише крышек адовых глухое громыханье,
Сквозь банный сумрак
Доносятся стенания,
Последние прости заумных заготовок -
Безумных тех теорий
О знаниях, сокрытых от народа,
Где якобы открыты оправдания,
На чистых и нечистых, Разделений -
На Избранных
И мерзостных уродов…
Но отступает злоучёный Вертопрах:
Период Гайдна на исходе,
Следующий - Бах.
Я музыку стихотворений доверил Тишине,
Когда-нибудь умолкнет бряцанье пустое,
Травою зарастёт убежище позора,
И реконструкции тех адовых потуг,
Где кости вперемешку с поражением,
Надеюсь,
Больше никого не развлекут.