СНЫ ДУРДОМА

Никому не рассказывайте своих снов –
а вдруг к власти придут фрейдисты!     
С. Е. Лец

                                           Мне снились «ИРИСЫ» Ван Гога,
                                           Биарриц, бискайский бриз…
                                           И шла куда-то вверх дорога –
                                           туда, где юный месяц вис.

                                           Кончался цвет японской вишни,
                                           качался синий Окиян,
                                           а по дороге с флейтой Кришны
                                           шли Мария и Хуан,

                                           колыхая флёр тумана,
                                           воспевая гимны Джа,
                                           и курилась из вулкана
                                           в ноздри Хоспода ганджа.

                                           А в синем море Окияне
                                           всплывала чудо-рыба-кит
                                           с тремя биксами в фонтане
                                           в виде голых нереид.

                                           А в небе месяц. Колокольчик
                                           висит на нём, звонит… По ком?
                                           Колокольчик чьей-то ночи –
                                           с чьим-то смертным в ней одром.

                                           И будет явлен телу мальчик
                                           с колокольчиком в руке:
                                           то ли ангел, мальчик-с-пальчик,                
                                           то ли чёрт из табакерки.

                                           А не я ли сам на ложе
                                           том лежу, прикоченев,
                                           аки в мраморе «Сын Божий»
                                           с илитоном на челе?

                                           И на всём печать мгновенья
                                           и всей вечности же в нём,
                                           и тенётный запах тленья,
                                           и седая пыль на всём,

                                           и плетёт свой тюль тарантул,
                                           ошелковывая труп,
                                           и проклеив свою мантру,
                                           в углу дремлет каракурт.

                                           Змеи спят и скорпионы,
                                           ложе с телом стережа,
                                           спят медузы и горгоны
                                           и грифоны в витражах,

                                           гармы, гарпии, инкубы,
                                           мухи, блохи, вши, клопы,
                                           шлюхи, психи, душегубы,
                                           воры, гопники, попы…

                                           Всё уснуло в мире бренном.
                                           Всё не ново под луной:
                                           всё рождаемое – тленно,
                                           всё лишь морок. Сон дурной.

                                           …А ведь в начале сего слога
                                           в лунном пении цикад –
                                           мне снились «ИРИСЫ» Ван Гога
                                           и вишнёвый цветопад.

                                           И было слово полновесно,
                                           и само «Слово было Бог»,
                                           но… «Бог умер», как известно,
                                           и в сердце стрельнулся Ван Гог.

Рубрика: